Летнее «скатывание»? Нет такого понятия

Kerry McDonald
Перевод: Мария Горенская
Оригинал статьи: http://www.wbur.org/cognoscenti/2017/06/28/rethinking-education-unschooling-kerry-mcdonald

В обучении есть такое распространенное предположение как идея «летнего скатывания». Это всеобщая уверенность в том, что за летний перерыв дети забывают то, что они узнали в течение учебного года. И существует множество свидетельств этой сезонной потери знаний.

Опрос Национальной Летней Образовательной Ассоциации (National Summer Learning Association) показал, что учителя проводят значительное количество времени, повторяя пройденный материал осенью из-за летней потери знаний. Отмечается, что степень потери знаний выше у детей из неблагополучных семей.

Исследование Университета Джонса Хопкинса (Johns Hopkins University), проведенное среди учеников государственных школ Балтимора показало, что дети в семьях с низким доходом теряли за летние каникулы успехи в навыках чтения, которые они достигали более двух месяцев.

«Летний скат» был назван основной причиной для создания летних программ с усиленной академической нагрузкой, особенно для молодых людей из малообеспеченных семей. Другими словами, школа будет козырять этим в летней игре, особенно если вы из малообеспеченной семьи. Свободное и неструктурированное лето рассматривается как шутливая роскошь: веселая, но не обучающая, а потенциально даже вредная.

А что, если мы оспорим эту идею? Что делать, если дети, которые, как утверждается, прошли «летний скат», на самом деле никогда по-настоящему и не обучались? Возможно, они были успешно научены: то есть обучены определенным навыкам и протестированы по ним до начала лета. Но они, скорее всего, так и не смогли их полностью освоить. Не может быть «летнего ската», не может быть потери знаний, когда обучение является подлинным и самоуправляемым.

Тем не менее, когда дети учатся, их знания не могут быть забыты. «Летний скат» невозможен при реальном обучении.

В своем бестселлере 1964 года «Как дети терпят неудачу» («How Children Fail» John Holt) бостонский педагог Джон Холт пишет:

«Независимо от того, что показывают тесты, очень малая часть того, что преподается в школе — учится, очень малая часть того, что учится — запоминается и очень малая часть того, что запомнилось — используется. То, чему мы учимся, помним и используем — это то, что мы ищем или встречаем в повседневной, серьезной, нешкольной части нашей жизни».

Холт был сторонником самоуправляемого образования (Self-Directed Education, SDE) и придумал термин «анскулинг», чтобы отличить естественное обучение от обычного школьного образования и обучения на дому.

Сегодня движение SDE набирает все большие обороты, поскольку родители и преподаватели устают от стандартизованного, ориентированного на тестирования сложного учебного плана, который не может привести к настоящему обучению.

Здесь, в штате Массачусетс, есть несколько организаций, посвященных самоуправляемому обучению, которые предоставляют молодежи возможность преследовать свои собственные интересы и естественно, без принуждения, изучать те темы, которые для них наиболее значимы. Дело и Ремесла в Сомервиле (Parts and Crafts in Somerville), Государственный Учебный Центр в Дедхэме (Bay State Learning Center in Dedham), Северная Звезда в Сандерденде (North Star in Sunderland) и Центр Макомбера (the Macomber Center) — это четыре центра SDE в Массачусетсе, которые предлагают молодым людям, числящимся на домашнем обучении в этих районах, свободу и независимость.

Эти организации самоуправляемого обучения, а также растущее число детей, которые составляют себе собственные образовательные пути, свободные от школы, демонстрируют ошеломляющую разницу между зубрежкой и обучением. Когда дети зубрят, то они (с разной степенью успеха) могут научиться слушать, запоминать и выдавать материал, чтобы удовлетворить учителя или сдать тест. Однако, когда дети реально учатся, их знания не могут быть забыты. «Летний скат» невозможен при настоящем обучении.

Томас Эдисон, который учился на дому своей матерью, после того, как его учитель назвал его «испорченным» или неспособным внятно мыслить в возрасте 8 лет, однажды сказал: «Проблема нашего способа обучения в том, что он не развивает гибкость мышления. Он формирует мозг по шаблону… В нем не поощряются оригинальные мысли или рассуждения и ставится акцент больше на память, нежели на наблюдение».

Эдисон по большей части был на нешкольном обучении (анскулинге), а его мать предоставляла свободу, возможность и доступ к книгам и другим ресурсам, которые позволяли ему учиться самостоятельно и преследовать его творческий энтузиазм.

Несмотря на все усилия хороших учителей добавлять творчество и прививать любовь к учебе в своих классах, жесткость, присущая структуре все более и более ограничивающего, ориентированного на тестирование обучения, делает это практически невозможным. Трудно любить то, к чему вас принуждают. Трудно примерить на себя то, что принадлежит другому. Это, к сожалению, относится как к ученикам, так и к учителям, так как все они лишены своих собственных представлений.

В своем исследовании среди детей, получающих внешкольное образование (анскулинг), в 2013г. профессор психологии Бостонского колледжа Питер Грей и его коллега Джина Райли пришли к выводу, что «преимущества анскулинга были многочисленны» и включали в себя «улучшение обучения, улучшение отношения к обучению и улучшение психологического и социального благополучия детей»

В своей книге «Свободно учиться» Грей пишет о различии между традиционным и самоуправляемым обучением:

«Дети являются пешками в конкурентной игре, в которой окружающие их взрослые пытаются выжать из них максимально возможные баллы в стандартизированных тестах … Таким образом, зубрежка информации, которая совершенствует краткосрочную память и проверяется во время тестирований, рассматривается как узаконенное образование, несмотря на то, что такая зубрежка не даёт никакого увеличения понимания».

Летняя потеря знаний является симптомом школьной модели обучения, которая приравнивает тестирование к обучению. Дети, которые переживают опыт «летнего скатывания», являются посланниками. Мы должны их слушать. Они громко и ясно говорят нам, что наши технические рамки массового обучения, ориентированного на тестирование, не создают учащихся. Они создают имитацию.

Те, кто преуспевает в этой системе — это те, кто научился хорошо запоминать и повторять — поведение, которое Томас Эдисон и многие другие не поощряют. Ответ более не в школьном обучении. Ответ даже меньше кроется в школьной зубрежке, а более в изучении. Ответ состоит в том, чтобы преобразовать архаичную систему школьного обучения и вместо этого принять идеи подлинного, самоуправляемого образования для всех молодых людей.

Настоящее обучение глубоко и устойчиво. Оно происходит постоянно, круглый год, включая лето. Пожалуй, особенно летом.